от джентльмен написал статью
  в поддержку увеличения отчислений из казны наследственному принцу.
   - Хотя мог бы и поддержать просьбу, - сказала Виолетта едко. К атому
  времени они уже знали, как он проматывает деньги.
   За весь год им так и не удалось встретить в печати более или менее
  сносного описания его внешности. Их представление основывалось разве что на
  паре посредственных карикатур из журналов. Иногда его изображали с непомерно
  широкой нижней челюстью квадратной формы или с невероятно длинными ресницами
  и ниспадавшим на лоб локоном. Однако везде он был безупречно элегантен, его
  широкие плечи и экстравагантные галстуки привлекали внимание. Все журналы
  так или иначе давали понять, что они пародируют джентльмена весьма
  привлекательной наружности.
   - Интересно, зачем ему эти деньги, - размышляла Летти. - Может, это
  связано с поросячьими бегами, которые скоро состоятся в Грин-парке? Я
  вспоминаю, что где-то его имя упоминалось в этом контексте. Дай-ка мне
  последний номер журнала, Виолетта.
   Виолетта достала журнал, и они начали листать страницы.
   - Вот, смотри, - сказала она, протягивая Летти открытую страницу.
   Летти прочитала вслух: "Поросячьи бега в Грин-парке привлекают толпы
  желающих полюбоваться зрелищем. Самым резвым бегуном был признан воспитанник
  красавца лорда X. - Гамлет. К несчастью, на дистанции бегун замешкался, не
  зная, в каком направлении бежать. Как и его тезка, Гамлет в решающий момент
  сошел