ости придет, другой...
   - Про другой тоже понятно, - перебил его дед Харин. - В любом случае не сносить нам головы.
   Странное дело: по мере приближения к поселку четверка борцов с вампирами стала обрастать народом. Сначала к ней присоединились несколько ребят - подростков в возрасте Хасана, потом кучка женщин, во все глаза таращившихся на стариков. В поселок вошла уже довольно приличная группа. Казалось, все уже знали о случившемся. Старики молча шли впереди, а следом за ними взбудораженная, жестикулирующая толпа, на ходу обраставшая новыми людьми. К старикам подойти с вопросами боялись. Хасан вымолвил несколько слов, но обернувшийся дед взглядом пресек дальнейшую утечку информации. Непонятное поведение стариков только подлило масла в огонь. Слухи переливались через край, шипели и пенились... Никто толком ничего не знал, и от этого толпа еще больше зверела.
   - Кровопийцы... - внезапно прошелестело по толпе, - ... кровь пьют... народную кровь... колдуют, а мы тут дохнем...
   - Дави их, христопродавцев! - заорал какой-то босой парень с безумными глазами.
   Федоров в ужасе обернулся назад. Ему сделалось еще страшней, чем на кладбище.
   - Что происходит, что происходит? - в тоске шептал он.
   - А пускай их, - отозвался дед Харин. - Так даже лучше. Как обчество порешило, так тому и быть. И с нас спросу меньше. Потом и не разберешь кто начал.
   Тем временем народные массы подошли к усадьбе Скворцовых. Некоторое время толпа клубилась на улице, потом как-то сам собой рухнул ветхий трухлявый забор, и люди заполонили подворье. Валитов, а вместе с ним и два других старика отошли в сторону, предоставив "обчеству" самостоятельно вершить суд и расправу.
   В дверь дома застучали кулаки, кто-то пнул ее ногой, но дверь была закрыта изнутри. Несколько голов прильнуло к двум запыленным подслеповатым оконцам, но они оказались плотно зашторены. Это обстоятельство еще больше раззадорило массы.