о раскопал, - сообщил археолог, - но и до меня тут побывали. Грабители курганов. Между прочим, оставили следы своей деятельности. Вот видишь камень? - Археолог ткнул пальцем в валявшуюся неподалеку массивную плиту. - Он прикрывал вход. Они, чтобы попасть вовнутрь, отвалили его...
   - И похитили содержимое, - догадался Саша.
   - Не совсем, - загадочно заметил археолог. - Сейчас все узреешь сам. - Он достал из сумы керосиновую лампу, зажег ее и направился ко входу. - Придется передвигаться на четвереньках, - обернулся он к Саше, - и крайне осторожно. Если застрянешь, не дергайся. Остановись и позови меня. Впрочем, ход достаточно короткий.
   Заинтригованный Саша вслед за археологом протиснулся в узкий лаз и, перебирая коленями и ладонями, стал медленно двигаться вперед. Стены лаза, выложенные из неровного камня-плитняка, своими острыми краями время от времени больно врезались в руки и плечи, хотя на юноше и была грубая холщовая блуза. Воздух в подземелье оказался вовсе не затхлым, а самым обыкновенным, словно оно хорошо вентилировалось. Ход скоро кончился, и Саша вслед за Николаем Николаевичем очутился в некоем помещении, размеры которого из-за почти полной темноты определить было невозможно. Всесвятский подкрутил фитиль лампы, затем высоко поднял ее над головой, и Саша увидел, что находится в совсем небольшой комнате аршинов десять-двенадцать в длину и примерно столько же в ширину. Тусклый колеблющийся свет лампы вырывал из мрака сооружение вроде постамента или стола, на котором лежало нечто, очертаниями очень напоминавшее человеческое тело.
   - Погребальная камера, - вновь пояснил археолог, но Саше послышалась неуверенность в его голосе.
   - А это что?!
   - Посмотри сам. И не кричи, пожалуйста.
   Археолог приблизился, склонился над предметом, осветив его и осторожно сняв с него кусок материи, и Саша увидел перед собой совершенно нагого мужчину со сложенными на бедрах руками. В первое