вища свежая?
   - Ты же сам не видел.
   - Мало ли что не видел. Рассказал мне Хасан-татаренок. Он сам лично там был и могилку раскапывал. Врать не будет. А вчерась горелого кровососа я сам видел. Девчонка Скворцовых Наташка Это с ее братца все и началось. Всю родню свою перекусал. И, говорят, не только. Мильтон у нас пропал. Хохлом звали. Здоровенный такой. Вроде тоже хотел эту нечисть выловить, но не получилось без сноровки-то. Слабоват против них оказался. Тут одним "наганом" не обойдешься.
   - Похоже, ты заливаешь.
   - Гадом буду! Не веришь, идем со мной, сам все покажу.
   - Что же ты покажешь?
   - Дом сгорелый...
   - Мало ли от чего он мог сгореть. Но при чем тут вампиры?
   - Как ты сказал? Повтори!
   - Вампиры.
   - Во-во! Так он их и называл.
   - Кто?
   - Старик этот. Который девчонку отыскал. Однако, говорит, не всех еще обнаружил. Дальше будет поиски вести.
   - Весьма странный рассказ.
   - Да чего там! Эти... как их...
   - Вампиры.
   - Да, они. Это еще что. А знаешь, сколько на Шанхае колдовок живет? Одна Салтычиха чего стоит. Вот веришь - нет, на человека взглянет черным глазом, пошепчет чего-то под нос, поплюет по сторонам, и готово!
   - Что готово?
   - То самое. Начинает бедолага чахнуть и, если вовремя не примет меры, того... в ящик сыграет.
   - Чушь.
   - Ничего не чушь. Другой случай опишу. У соседей наших, Опунцевых, сын женился, лет на пять меня старше. Срочную отслужил в Вологде, что ли, там же сыскал себе бабу и сюда привез. А свекровь-то, Опунциха, сношку ох невзлюбила! И то она не так делает, и это не эдак. Словом, раскоряка беломорская. Иначе и не величала. А бабенка из себя словно сдобная булка сметаной намазана. Пухлая, белая, не ходит, а плывет. Правда, медленно все сполняет, словно во сне, может, это свекрови и не нравилось. Но старухе-то какое дело? Главное, Петру, мужику ейному, она больно по вкусу пришлась.