ский, так сказать, нарушил покой двух отшельников, сбил с ритма размеренную череду дней. Не спорю, определенное разнообразие в нашу жизнь он внес. Но чем это все обернется, один Аллах ведает. Теперь вот ваше появление..
   - Я могу уйти, - сказал Джоник.
   - Наверное, это будет самым лучшим решением.
   - Погодите, погодите, - вмешался Всесвятский. - Насколько я понял, и мне тут не место.
   - Про вас разговор не велся.
   - Да как же не велся? Ведь именно я - нарушитель покоя да плюс ко всему прочему стеснил вас.
   - Послушайте, Николай Николаевич, - вскочил Фужеров, - вас никто не гонит! Ведь правда, Константин Георгиевич, ведь так?!
   Однако дядя Костя молчал.
   - Спасибо за гостеприимство, и позвольте откланяться, - сказал Всесвятский. Он поднял с пола свой саквояж, подхватил брезентовый плащ-пыльник. - Главное, не нужно долго собираться. На сей случай имеется звонкое латинское изречение: "Отта теа тесит рогго" - все мое ношу с собой.
   - Как же так... ничего не понимаю... столь внезапно... - Фужеров всплескивал руками, растерянно и удрученно глядя то на дядю Костю, то на Всесвятского.
   - Да не волнуйтесь вы так, Алексей Габриэлович. - Всесвятский успокаивающе прикоснулся к плечу Фужерова. - Еще не раз увидимся. Дела пока что не закончены. И, главное, хочу вас предупредить. По ночам старайтесь без особой надобности на улицу не выходить. Лишь солнце скроется за горизонтом, сидите дома. Нечисть пока еще не уничтожена. И она будет вести себя только более активно, поскольку понимает: речь идет о выживании.
   - Может, все-таки останетесь? - просительно произнес Фужеров.
   - Нет, мой друг. Еще раз спасибо. И вас, господин Рысаков, благодарю. - Дядя Костя молча кивнул. - Будьте здоровы и следуйте моим советам.
  
  ГЛАВА 13
  
   Джоник и Всесвятский вышли на улицу. Стояла неимоверная жара, дело шло к вечеру, а вокруг не было ни души.
   Джоник удрученно вздохнул: