покончить со скверным делом И вот что странно. Словно по команде из своих хат высыпали все остальные обитатели хутора и мигом присоединились к семейству Петриченко. Вначале люди шли быстрым шагом, потом перешли на бег. Происходящее напоминало всеобщее помешательство. Я, увлеченный людским потоком, двигался вместе со всеми. Кладбище находилось рядом с хутором. Обычный, ничем не примечательный деревенский погост с покосившимися крестами, поросшими свежей сочной травой могильными холмиками. Нужное место отыскали сразу. Видно было, хоронили наспех, кое-как, даже насыпь над могилой сделать не удосужились. Возле могилы повсюду валялись комья чернозема. Народ зашумел: "Смотрите, смотрите, земля свежая, а вот дыра, через которую он вылетает". В земле действительно имелось небольшое отверстие, должно быть, сусличья нора.
   Народ в растерянности топтался вокруг могилы, не зная, как к ней подступиться. Тогда старик Петриченко взял из чьих-то рук лопату и кряхтя принялся за дело. Тотчас взялся за заступ и сын, став лихорадочно куда попало расшвыривать землю.
   Труп был захоронен совсем не глубоко и, конечно же, без всякого гроба Тело вытащили и бросили у края могилы. Оно было запорошено землей, однако разложение практически не коснулось его. Кто-то пучком травы обмахнул лицо. Оно оказалось темно-бордового, свекольного цвета. По толпе пронесся вздох ужаса. "Упырь, упырь..." - зашелестело со всех сторон. Петриченко-сын с размаху рубанул лопатой по шее. Из раны выступила кровь, но не свежая, а темная, густая, похожая на кизиловое варенье. Однако никаких признаков жизни в теле заметно не было.
   Какая-то женщина рухнула на колени и, завывая, начала кататься по земле. Заголосили и другие. И при всем при том ярко светило солнце, а вокруг весело пели птицы. Мне сделалось жутко. Ужасный обряд превращался в еще более страшную массовую истерию.
   Труп вновь бросили в могилу, лицом вниз, потом забили в спину осиновый