лужебного положения в личных целях.
   Александр Кириллович не привык долго размышлять. Он прихватил солидный кожаный портфель и спустился к подъезду, где стоял "ГАЗ-А". Хотя начальнику НКВД полагался личный шофер, Шахов сам водил машину и делал это с удовольствием. По дороге в гастроном он прикинул, что в случае развития отношений можно вывезти девицу на природу: в лесок или на речку. Как приятно летнею порой покувыркаться в стогу, игриво подумал пламенный чекист. Он был не чужд романтики.
   Толкнув носком сапога дверь, Шахов вошел в кабинет директора гастронома. Пожилой тучный мужчина сидел за огромным заваленным бумагами письменным столом и щелкал костяшками счетов. Он поднял на наглого посетителя недовольный взор, но, узнав, тотчас вскочил и расплылся в сладчайшей улыбке.
   Начальник НКВД желал вести себя сообразно чину, но несколько смешался. Директор ласково и вопросительно смотрел на него, недоумевая, как мог столь грозный муж спуститься с начальственных высот в убогий кабинетик. Не иначе как с просьбой.
   - А есть ли у вас... э-э... вино? - неуверенно спросил Шахов.
   - Какое угодно? Портвейн, мадерца?.. А может, чего-нибудь легкого? "Каберне" или "Киндзмараули"?
   - Шампанское имеется?
   - Непременно. Вам сколько?
   - Бутылку, одну... нет, лучше две.
   - Какого изволите: сухого, полусухого, сладкого?
   - Какого?.. Давайте сладкого. И... э...
   - Закусить, - догадался директор.
   - Именно. Шоколад...
   - Плитки, конфеты?
   - Лучше коробку конфет. У сотрудника день рождения...
   - Понятненько, понятненько. Посидите минуточку. - И директор убежал. Но Шахов не сел. Он переминался с ноги на ногу, чувствуя неловкость. Его раздражали лакейский тон и подобострастие заведующего. Нет чтобы просто: "Шампанское есть?" - "На, получи!" Конкретно, и по-рабоче-крестьянски!
   Директор вскоре вернулся, неся в руках солидный сверток, причем упакованный таким