жением
   Хохлову не давала покоя странная смерть Вани Скворцова. Поэтому он решил самолично разобраться в столь щекотливом деле. Когда гомонящая толпа - а именно в нее превратилась скорбная процессия - возвращалась с кладбища, он догнал идущего вместе с ребятами Пантюху и тихонько отозвал его в сторону.
   Узрев над собой громаду легендарного Хохлова, Пан-тюха заробел.
   - Давай колись, - без предисловий начал милиционер.
   - В чем это?
   - Как все получилось... ну, с братом?
   - Я уже десять раз рассказывал...
   - Послушаем в одиннадцатый.
   - Пошли мы, значит, за кисляткой... - и Пантюха монотонно стал излагать подробности происшествия. Он устал их повторять, поэтому говорил словно автомат.
   -... а потом Ваньку укусила змея... наверное, - довольно быстро закончил мальчик.
   -Так укусила или нет?
   - Доктор сказал: укусила...
   - Ты сам-то веришь этой чепухе? Пантюха уныло пожал плечами.
   - Сорок лет здесь живу, - сообщил Хохлов, - а ни разу не слышал, чтобы гадючка кого до смерти закусала. Бывало, конечно, жалили. Но никто не помирал. Помню, товарища моего боевого, Гриньку Каленова, ужалила гадючка, так тот выдул штоф хлебного вина и оклемался.
   - Ваш Гринька взрослый. А Ванька водки не пил...
   - Понятно, что не пил, а все равно не верится.
   - Доктор говорит: Ванька слабенький был, малокровный.
   - Понятно, а ты сам здесь гадюк видал?
   - Вроде нет, ящериц только...
   - Вот и я говорю: в степи змей мало, если бы в лесу или на горах... Да и не жалят они сонных. Сказки это. Тут, видать, иное. Ты сам как думаешь?
   - Отец меня лупил... матушка лупила... - невпопад промолвил Пантюха.
   - Это плохо. Хотя, конечно, лупили тебя за дело. Бросил братишку...
   - Я не бросал. Он сам...
   - Что сам?
   - От ребят отбился.
   - А дальше, по-твоему, что случилось?
   - Думаю, устал и пошел в поселок.
   - А потом?