пол лицом вниз и перерезали жесткие
  веревки на шее, запястьях и щиколотках. Последний из них успел выбежать за
  дверь, когда я вскочил на ноги. Дверь захлопнулась, и я услышал как
  щелкнул хорошо смазанный замок. Я остался один в пустой комнате, размерами
  примерно футов десять на десять, с одним крошечным зарешеченным окном, без
  единого предмета мебели. Я выглянул в окно, в небольшой закрытый двор, и
  прислушался. Дом располагался так далеко от дороги, что я не услышал даже
  шума проезжающих автомобилей. Из клуба тоже не доносилось ни звука. Я сел
  на пол рядом с дверью, прислонившись спиной к стене.
   Я должен был бы испытывать страх, или, по крайней мере, беспокойство.
  Но ничего похожего. На меня напали - первое прямое действие, направленное
  против меня. Все остальное было просто предположениями. Что бы ни
  произошло, я смогу хоть что-нибудь узнать. Маски сняты, клинки обнажены.
   Прошел час прежде чем что-нибудь произошло. Когда замок щелкнул, я
  вскочил на ноги. Мое колено болело в месте, где веревка прошлась по шраму,
  оставшемуся после операции.
   Дверь открылась, и вошел О'Делл. Вслед за ним сразу последовал один
  из моих пленителей. О'Делл усмехнулся, а его боевик закрыл дверь и встал,
  прислонившись к ней спиной и сложив на груди руки.
   - Вот мы и снова встретились, мистер Гарри. Разрешите мне
  прокомментировать вашу настойчивость. Вы оказались упрямы, но недостаточно
  сообразительны. Мы не станем вас долго задерживать.