на него сбоку и убедился, что он слегка
  согнулся. Некаленый металл, скорее всего сварочное железо. Это дало мне
  идею, в которой я так нуждался. Я снял свой толстый кожаный ремень и
  застегнул его так, чтобы он охватывал три прута. Я обвел помещение глазами
  в поисках чего-либо твердого, что смог бы использовать в качестве рычага.
  В комнате не имелось мебели, которую я мог бы сломать. Единственное, что
  можно было использовать - обувь. Я носил тяжелые башмаки двенадцатого
  размера с толстой подошвой. Я снял один ботинок и засунул его в ремень.
  Положив одну руку на каблук, а другую на носок, я стал с силой
  поворачивать башмак. Чуть спустя я заметил, что прут справа начал медленно
  сгибаться. Я стал давить на башмак еще сильнее. Прут сгибался до тех пор,
  пока почти не коснулся среднего. Я нажал из последних сил и прут,
  расщепляя дерево, выскочил из нижнего гнезда. Я потянул прут вниз, и он
  выскочил совсем. Скорее всего я протиснулся бы в образовавшуюся дыру, но я
  не мог рисковать. Используя выскочивший прут, как более удобный рычаг, я
  быстро согнул прутья с обеих сторон образовавшегося отверстия. Мне
  повезло, что прутья стояли самые обычные, и группа негодяев, в лапы
  которых я попал, не озаботилась заменить их на что-либо более прочное.
   Сперва я просунул ноги и, держась за прутья, повис на внешней стороне
  здания. Оттолкнувшись здоровым коленом от шершавой штукатурки, я спрыгнул
  вниз и ударился о земли так