ользящим ударом
  правой в угол его рта. От удара лейтенанта даже чуть развернуло. Он закрыл
  глаза и застонал.
   - Следующий пункт моих рассуждений: как ты элегантно отбросил все мои
  планы относительно Январского клуба. Даже для меня является очевидным:
  собрать всех этих деятелей вместе и попытаться что-нибудь выжать из них,
  было бы весьма естественно и разумно.
   - Но с этими людьми нельзя так обращаться. Они никогда не заговорят.
  Черт тебя возьми, прекрати сейчас же, мне больно.
   - Не сомневаюсь в этом, дорогой друг. Но это еще цветочки.
   Я снова ударил его в рот и почувствовал, как зубы поддаются под
  костяшками моих пальцев, и как кровь брызнула мне на руку. Я видел, что он
  посмотрел через мое плечо в зеркало. У него было такое же выражение лица,
  как у маленького мальчика, который собирается заплакать.
   - Следующий мой довод, Питер. Кто знал о том, что я хочу подкупить
  портье из клуба? Только ты. И конечно же парень был не столь глуп, чтобы
  рассказывать это кому бы то ни было. А его убили той же ночью. Очень,
  очень странно.
   - Подожди! - закричал Кеймарк. - Они могли узнать об этом как-нибудь
  по-другому. Да, так оно и было!
   Я игнорировал его слова. Отвратительно, но ничего другого не
  оставалось. Я сильно ударил его под правый глаз. Так сильно, чтобы разбить
  правый хрящ. Я рассчитывал на его неопытность в подобных делах. На то, что
  он не знает, что через несколько месяцев на его лице не останется почти
  никаких