он намеревался включить эту
  тетрадь в число разнообразных бумаг, на которых поставил пометку "Сжечь". На
  счастье или несчастье они уцелели от огня, покажет будущее. В том, что
  отрывки, приведенные выше, вместе с аналогичными им другими, на которые я
  ссылаюсь, натолкнули фон Кемпелена на догадку, я совершенно уверен; но,
  повторяю, лишь будущее покажет, послужит ли это важное открытие (важное при
  любых обстоятельствах) на пользу всему человечеству или во вред. В том, что
  фон Кемпелен и его ближайшие друзья соберут богатый урожай, было бы безумием
  усомниться хоть на минуту. Вряд ли будут они столь легкомысленны, чтобы со
  временем не "реализовать" своего открытия, широко приобретая дома и земли,
  вкупе с прочей недвижимостью, имеющей непреходящую ценность.
   В краткой заметке о фон Кемпелене, которая появилась в "Семейном
  журнале" и многократно воспроизводилась в последнее время, переводчик,
  взявший, по его собственным словам, этот отрывок из последнего номера
  пресбургского "Шнельпост", допустил несколько ошибок в понимании немецкого
  оригинала. "Viele" [Многое (нем.).] было искажено, как это часто бывает, а
  то, что переводится как [печали", было, по-видимому, "Leiden", что, при
  правильном понимании ["страдания"], дало бы совершенно иную окраску всей
  публикации. Но, разумеется, многое из того, что я пишу, - всего лишь догадка
  с моей стороны.
   Фон Кемпелен, правда, далеко не "мизантроп", во всяком случае внешне,
  что