наружу, что-то
  закутанное в белое со стуком упало прямо в его объятия. То был
  скелет его жены в еще не истлевшем саване.
   Тщательное расследование показало, что она ожила через два
  дня после погребения и билась в гробу, который упал на пол с
  уступа или с возвышения и раскололся, так что ей удалось
  встать. Случайно забытый масляный фонарь, налитый дополна,
  теперь оказался пуст; впрочем, масло могло улетучиться само по
  себе. На верхней ступени лестницы при входе в зловещую гробницу
  валялся большой обломок гроба, которым она, по всей видимости,
  колотила в железную дверь, призывая на помощь. При этом она,
  вероятно, лишилась чувств или умерла от страха; падая, она
  зацепилась саваном за какой-то железный крюк, торчавший из
  стены. Так и осталась она на месте, так и истлела стоя.
   В 1810 году во Франции был случай погребения заживо,
  который красноречиво свидетельствует, что подлинные события
  воистину бывают удивительней вымыслов сочинителей. Героиней
  этой истории стала мадемуазель Викторина Лафуркад, юная девица
  из знатного семейства, богатая и на редкость красивая. Среди ее
  многочисленных поклонников был Жульен Боссюэ, бедный парижский
  litterateur или журналист. Его таланты и обаяние пленили
  богатую наследницу, и она, кажется, полюбила его всем сердцем;
  но из сословного высокомерия она все же решилась отвергнуть его
  и отдать руку мосье Ренелю, банкиру и довольно известному
  дипломату. После свадьбы, однако,