м, которое эта цель позволила ему всемерно ощутить, в неиссякаемом
  источнике, утолявшем без пресыщения главную страсть его души, жажду
  прекрасного, и, сверх всего, в сочувствии женщины, чары и любовь которой
  обволокли его существование царственной атмосферою рая, Эллисон думал
  обрести и обрел избавление от обыденных забот рода человеческого вкупе с
  большим количеством прямого счастья, нежели представлялось госпоже де Сталь
  в самых восторженных ее мечтах.
   Я не надеюсь дать читателю хоть какое-то отдаленное представление о тех
  чудесах, которые моему другу удалось осуществить. Я хочу описать их, но меня
  обескураживает трудность описания, я останавливаюсь на полпути между
  подробностями и целым. Быть может, лучшим способом явится сочетание и того и
  другого в их крайнем выражении.
   Первый шаг мистера Эллисона заключался, разумеется, в выборе места; и
  едва начал он раздумывать об этом, как внимание его привлекла роскошная
  природа тихоокеанских островов. Он уж решился было отправиться
  путешествовать в южные моря, но, поразмыслив в течение ночи, отказался от
  этой идеи. "Будь я мизантроп, - объяснял он, - подобная местность подошла бы
  мне. Ее полная уединенность и замкнутость, затруднительность прибытия п
  отбытия составили бы в этом случае главную прелесть ее, но пока что я еще не
  Тимон. В одиночестве я ищу покоя, по пе уныния. Да ведь будет и много часов,
  когда от поэтических натур мне потребуется сочувствие