менило ее
  внешность и даже близкие ее не узнают. Однако они ошиблись; при
  первой же встрече мосье Ренель тотчас узнал супругу и
  потребовал, чтобы она к нему вернулась. Она отвергла его
  притязания; и беспристрастный суд решил дело в ее пользу,
  постановив, что в силу особых обстоятельств, а также за
  давностью времени супружеские права утрачены не только по
  справедливости, но и по букве закона.
   Лейпцигский "Хирургический журнал" -- весьма уважаемый и
  заслуживающий доверия печатный орган, достойный того, чтобы
  кто-нибудь из американских издателей выпускал его в переводе на
  наш язык, -- сообщает в последнем номере о подобном же
  прискорбном происшествии.
   Один артиллерийский офицер, человек огромного роста и
  несокрушимого здоровья, был сброшен норовистой лошадью и сильно
  ушиб голову, отчего мгновенно лишился чувств; в черепе
  обнаружилась небольшая трещина, но врачи не видели прямой
  опасности для жизни. Трепанация черепа прошла успешно. Больному
  пустили кровь и пользовали его прочими обычными средствами. Но
  постепенно он впадал во все более глубокое оцепенение, и
  наконец, казалось, наступила смерть.
   Стояла жара, и его похоронили поспешно до неприличия
  где-то на общем кладбище. Похороны были в четверг. В ближайшее
  воскресенье многие, как обычно, пришли навестить могилы, и
  около полудня один крестьянин произвел сильное волнение,
  утверждая, что присел отдохнуть на