едва они схватили зловещую фигуру,
  застывшую во весь рост в тени часов, как почувствовали, к невыразимому
  своему ужасу, что под саваном и жуткой маской, которые они в исступлении
  пытались сорвать, ничего нет.
   Теперь уже никто не сомневался, что это Красная смерть. Она прокралась,
  как тать в ночи. Один за другим падали бражники в забрызганных кровью
  пиршественных залах и умирали в тех самых позах, в каких настигла их смерть.
  И с последним из них угасла жизнь эбеновых часов, потухло пламя в жаровнях,
  и над всем безраздельно воцарились Мрак, Гибель и Красная смерть.
  
  
   Эдгар Алан По.
   Ворон
  
  
   перевод В.Брюсова
   0CR: Максим Бычков
  
  
  
  
  Как-то в полночь, в час унылый, я вникал, устав, без силы,
  Меж томов старинных, в строки рассужденья одного
  По отвергнутой науке и расслышал смутно звуки,
  Вдруг у двери словно стуки - стук у входа моего.
  "Это-гость,- пробормотал я,- там, у входа моего,
   Гость, - и больше ничего!"
  
  Ах! мне помнится так ясно: был декабрь и день ненастный,
  Был как призрак - отсвет красный от камина моего.
  Ждал зари я в нетерпенье, в книгах тщетно утешенье
  Я искал в ту ночь мученья, - бденья ночь, без той, кого
  Звали здесь Линор. То имя... Шепчут ангелы его,
   На земле же - нет его.
  
  Шелковистый и не резкий, шорох алой занавески
  Мучил, полнил темным страхом, что не знал я до чпго.
  Чтоб смирить в себе биенья сердца, долго в утешенье
  Я твердил: "То - посещенье просто друга одного".
  Повторял: "То - посещенье