а навеки. Она сказала, что я весьма
  неосторожно разгласил среди своих друзей, что ищу знакомства с нею, показав
  тем самым, что мы еще не знакомы, и теперь нам не удастся скрыть, когда
  именно мы познакомились. Тут она, смущаясь, назвала эту столь недавнюю дату.
  Немедленное венчание было бы неприлично поспешным, неудобным, 0utre
  [Вызывающим (франц.).] Все это она высказала с очаровательной naivete
  [Наивностью (франц.).] которая восхитила меня, хотя я с огорчением сознавал,
  что она права. Она даже обвинила меня, смеясь, в опрометчивости и
  безрассудстве. Она напомнила мне, что я не знаю, кто она, каковы ее
  средства, ее семья и положение в обществе. Она со вздохом попросила меня не
  спешить и назвала мою любовь ослеплением - вспышкой - минутной фантазией -
  непрочным созданием скорее воображения, нежели сердца. Пока ома говорила,
  блаженные сумерки все более сгущались вокруг нас - и вдруг нежным пожатием
  своей волшебной ручки она в один сладостный миг опрокинула все здание своих
  доводов.
   Я отвечал, как умел, - как умеют одни лишь истинно влюбленные. Я
  пространно и убедительно говорил о своей любви, о своей страсти - о ее
  дивной красоте и о моем безмерном восхищении. В заключение я энергично
  указал на опасности, окружающие любовь, - ту истинную любовь, чей путь
  никогда не бывает гладким, и вывел отсюда, что путь этот надлежит по
  возможности сократить.
   Последний мой довод, казалось,