вспомнить. Да, вот точные слова обещания,
  которое вы дали вчера вечером своей Эжени. Слушайте! Вот что вы сказали:
  "Согласен, и притом с радостью. Ради вас я готов на все. Сегодня я буду
  носить этот милый лорнет как лорнет, у сердца; но на заре того дня, когда я
  буду иметь счастье назвать вас своей женой, я надену его на - на нос, и так
  стану носить всегда, в том менее романтическом и менее модном, но,
  несомненно, более полезном виде, какой вам угоден". Вот точные ваши слова,
  милый супруг, не правда ли?
   - Да, - ответил я, - у вас отличная намять; и поверьте, прекрасная моя
  Эжени, я не намерен уклоняться от выполнения этого пустячного обещания. Вот!
  Смотрите. Они мне даже к лицу, не так ли? - И, придав лорнету форму очков, я
  осторожно водрузил их на подобающее место; тем временем мадам Симпсон,
  поправив шляпку и скрестив руки, уселась на стуле в какой-то странной,
  напряженной и, пожалуй, неизящной позе.
   - Боже! - вскричал я почти в тот же миг, как оправа очков коснулась
  моей переносицы. - Боже великий! Что же это за очки? - И быстро сняв их, я
  тщательно протер их шелковым платком и снова надел.
   Но если в первый миг я был удивлен, то теперь удивление сменилось
  ошеломлением; ошеломление это было безгранично и могу даже сказать - ужасно.
  Во имя всего отвратительного, что это? Как поверить своим глазам - как?
  Неужели - неужели это румяна? А это - а это - неужели же это морщины на лице
  Эжени Лаланд? О Юпитер