рку с отверстием в середине.
  Фляга эта (с воронкой на верхушке, сдвинутой набекрень на манер
  кавалерийской фуражки) стояла на бочке ребром и была повернута отверстием ко
  мне, и из этого отверстия, поджатого, точно рот жеманной старой девы,
  исходили раскатистые, гулкие звуки, которые это существо, очевидно, пыталось
  выдать за членораздельную речь.
   - Ты, говорю, ферно, пьян как свинья, - произнес он. - Сидишь прямо
  тут, а меня не фидишь. И, ферно, глуп, как осел, что не феришь писанному в
  газетах. Это - нрафда. Все как есть - прафда.
   - Помилуйте, кто вы такой? - с достоинством, хотя и слегка озадаченно
  спросил я. - Как вы сюда попали? И что вы тут такое говорите?
   - Как я сюда попал, не тфвоя забота, - отвечала фигура. - А что я
  гофорю, так я гофорю то, что надо. А кто я такой, так я затем и пришел сюда,
  чтобы ты уфидел сфоими глазами.
   - Вы просто пьяный бродяга, - сказал я. - Я сейчас позвоню в звонок и
  велю моему лакею вытолкать вас взашей.
   - Хе-хе-хе! - засмеялся он. - Хо-хо-хо! Да федь ты не можешь!
   - Чего не могу? - возмутился я. - Как вас прикажете понять?
   - Позфонить не можешь, - отвечал он, и нечто вроде ухмылки растянуло
  его злобный круглый ротик.
   Тут я сделал попытку встать на ноги, дабы осуществить мою угрозу, но
  негодяй преспокойно протянул через стол одну из своих бутылок и ткнул меня в
  лоб, отчего я снова упал в кресло, с которого начал было подниматься. Вне
  себя от изумления