висит у вас словно жернов на шее. Нам надо его отсечь. (Тут я
  вынул нож.) Нам надо отсечь его, - продолжал мистер Краб, - раз и навсегда.
  Он нам ни к чему... ни к чему. Дайте ему пинка или поколотите палкой, -
  словом, сделайте что-нибудь в этом роде.
   - А что вы скажете, - вкрадчиво вставил я, - если я сначала дам ему
  пинка, потом поколочу палкой и приведу в себя, дернув за нос?
   Мистер Краб задумчиво посмотрел па меня и ответил:
   - Я нахожу, мистер Там, то, что вы предлагаете, очень удачным... это
  замечательно, так сказать, само по себе... Но парикмахеры народ бывалый, и,
  учитывая все "за" и "против", я полагаю, что после того, как вы проделаете
  над мистером Томасом Тамом намечаемые вами операции, не плохо бы подбить ему
  кулаком оба глаза, да так, чтобы он закаялся следить за вами на
  увеселительных прогулках. Вот тогда, мне кажется, с вашей стороны будет
  сделано все возможное. Впрочем, не мешало бы искупать его разок-другой в
  сточной канаве и передать в руки полиции. На следующее утро вы в любой час
  можете явиться в полицейский участок и заявить под присягой, что на вас было
  совершено нападение.
   Я был весьма тронут добрыми чувствами, побудившими мистера Краба дать
  мне такой превосходный совет, и не замедлил воспользоваться им. В итоге я
  избавился от старого кабана, почувствовал себя джентльменом и вздохнул
  свободно. Правда, нехватка денег служила некоторое время для меня источником
  неудобств, но в конце