обычно, и, не
  получив ответа, разыскал в тайном месте ключ, отомкнул замок и
  вошел. В камине пылал славный огонь. Это было неожиданно и
  весьма кстати. Я сбросил пальто, опустился в кресло поближе к
  потрескивавшим поленьям и стал терпеливо ждать возвращения
  хозяев.
  
  Они пришли вскоре после наступления темноты и сердечно меня
  приветствовали. Юпитер, улыбаясь до ушей, стал хлопотать но
  хозяйству, приготовляя на ужин болотных курочек. У Леграна был
  очередной приступ восторженности - не знаю, как точнее именовать
  его состояние. Он нашел двустворчатую раковину, какой не
  встречал ранее, и, что еще более радовало его, выследил и с
  помощью Юпитера поймал жука, неизвестного, по его словам, доселе
  науке. Он сказал, что завтра хочет услышать мое суждение об этом
  жуке.
  
  - А почему не сегодня? - спросил я, потирая руки у огня и
  мысленно посылая к чертям всех жуков на свете.
  
  - Если бы я знал, что вы здесь! - воскликнул Легран. - Но ведь
  мы так давно не виделись. Как я мог угадать, что именно сегодня
  вечером вы к нам пожалуете? Когда мы с Юпитером шли домой, то
  повстречали лейтенанта Дж. из форта, и я но какой-то глупости
  отдал ему на время жука. Так что сейчас жука не достанешь.
  Переночуйте, и мы пошлем за ним Юпа, как только взойдет солнце.
  Это просто восторг.
  
  - Что? Восход солнца?
  
  - К черту солнце! Я - о жуке! Он ослепительно золотой, величиной
  с крупный лесной орех, и на спине у него три пятнышка, черных
  как смоль. Два круглых повыше и одно продолговатое книзу. А
  усики