ход, да
  еще вверх ногами; фантастические истязания старухи - этих
  обстоятельств вместе с вышеупомянутыми, да и многими другими,
  которых я не стану здесь перечислять, оказалось достаточно,
  чтобы выбить у наших властей почву из-под ног, парировать их
  хваленую догадливость. Они впали в грубую, хоть и весьма
  распространенную ошибку, смешав необычайное с необъяснимым. А
  ведь именно отклонение от простого и обычного освещает дорогу
  разуму в поисках истины. В таком расследовании, как наше c вами,
  надо спрашивать не "Что случилось?", а "Что случилось такого,
  чего еще никогда не бывало?". И в самом деле, легкость, с какой
  я прихожу - пришел, если хотите, - к решению этой загадки, не
  прямо ли пропорциональна тем трудностям, какие возникают перед
  полицией?
  
  Я смотрел на Дюпена в немом изумлении.
  
  - Сейчас я жду, - продолжал Дюпен, поглядывая на дверь, - жду
  человека, который, не будучи прямым виновником этих зверств,
  должно быть, в какой-то мере способствовал тому, что случилось.
  В самой страшной части содеянных преступлений он, очевидно, не
  повинен. Надеюсь, я прав в своем предположении, так как на нем
  строится мое решение всей задачи в целом. Я жду этого человека
  сюда, к нам, с минуты на минуту. Разумеется, он может и не
  прийти, но, по всей вероятности, придет. И тогда необходимо
  задержать его. Вот пистолеты. Оба мы сумеем, если нужно будет,
  распорядиться ими.
  
  Я машинально взял пистолеты, почти не сознавая, что делаю, не
  веря ушам своим, а Дюпен продолжал, словно изливаясь