уют его речь как торопливую и
  неровную. И никому не удалось разобрать ни одного
  членораздельного слова или хотя бы отчетливого звука.
  
  - Не знаю, - продолжал Дюпен, - какое на вас впечатление
  производят мои доводы, но осмелюсь утверждать, что уже из этой
  части показаний - насчет хриплого и визгливого голоса - вытекают
  законные выводы и догадки, предопределяющие весь дальнейший ход
  нашего расследования. Сказав "законные выводы", я не совсем
  точно выразился. Я хотел сказать, что это единственно возможные
  выводы и что они неизбежно ведут к моей догадке, как к
  единственному результату. Что за догадка, я пока умолчу. Прошу
  лишь запомнить, что для меня она столь убедительна, что придала
  определенное направление и даже известную цель моим розыскам в
  старухиной спальне.
  
  Перенесемся мысленно в эту спальню. Чего мы прежде всего станем
  в ней искать? Конечно, выхода, которым воспользовались убийцы.
  Мы с вами, естественно, в чудеса не верим. Не злые же духи, в
  самом деле, расправились с мадам и мадемуазель Л'Эспанэ!
  Преступники - заведомо существа материального мира, и бежали они
  согласно его законам. Но как? Тут, к счастью, требуются самые
  несложные рассуждения, и они должны привести нас к прямому и
  точному ответу. Рассмотрим же последовательно все наличные
  выходы. Ясно, что, когда люди поднимались по лестнице, убийцы
  находились в старухиной спальне либо, в крайнем случае, в
  смежной комнате, - а значит, и выход нужно искать в этих
  пределах. Полицейские добросовестно обследовали