влечь его оттуда сверху вниз...
  
  И, наконец, другие проявления этой страшной силы! На каминной
  решетке были найдены космы волос, необыкновенно густых седых
  волос. Они были вырваны с корнем. Вы знаете, какая нужна сила,
  чтобы вырвать сразу даже двадцать - тридцать волосков! Вы, так
  же как и я, видели эти космы. На корнях - страшно сказать! -
  запеклись окровавленные клочки мяса, содранные со скальпа, -
  красноречивое свидетельство того, каких усилий стоило вырвать
  одним махом до полумиллиона волос. Горло старухи было не просто
  перерезано - голова начисто отделена от шеи; а ведь орудием
  убийце послужила простая бритва. Вдумайтесь также в звериную
  жестокость этих злодеяний. Я не говорю уже о синяках на теле
  мадам Л'Эспанэ. Мосье Дюма и его достойный коллега мосье Этьенн
  считают, что побои нанесены каким-то тупым орудием, - и в этом
  почтенные эскулапы не ошиблись. Тупым орудием в данном случае
  явилась булыжная мостовая, куда тело выбросили из окна,
  заставленного кроватью. Ведь это же проще простого! Но
  полицейские и это проморгали, как проморгали ширину ставней, ибо
  в их герметически закупоренных мозгах не могла возникнуть мысль,
  что окна все же отворяются.
  
  Если присоединить к этому картину хаотического беспорядка в
  спальне, вам останется только сопоставить неимоверную прыть,
  сверхчеловеческую силу, лютую кровожадность и чудовищную
  жестокость, превосходящую всякое понимание, с голосом и
  интонациями, которые кажутся чуждыми представителям самых
  различных национальностей, а