баки только что доставили на берег труп, который плыл по реке.
  Увидев тело, Бове после некоторых колебаний опознал бывшую
  продавщицу из парфюмерной лавки. Его приятель опознал ее сразу
  же.
  
  Лицо мертвой было налито темной кровью, которая сочилась изо
  рта. Пены, какая бывает у обыкновенных утопленников, заметно не
  было. На горле виднелись синяки и следы пальцев. Согнутые в
  локтях и скрещенные на груди руки окостенели. Пальцы правой были
  сжаты в кулак, пальцы левой полусогнуты. На левой кисти имелись
  два кольцевых рубца, как будто оставленные веревками или одной
  веревкой, но обвитой вокруг руки несколько раз. На правой кисти
  имелись ссадины, так же как и на всей спине - особенно в области
  лопаток. Чтобы доставить труп на берег, рыбаки захлестнули его
  веревкой, но она никаких рубцов не оставила. Шея была сильно
  вздута. На теле не было заметно ни порезов, ни синяков,
  причиненных ударами. Шея была перехвачена обрывком кружев,
  затянутым так туго, что складки кожи совершенно скрывали его от
  взгляда. Он был завязан узлом, находившимся под левым ухом.
  Одного этого было достаточно, чтобы вызвать смерть. Протокол
  медицинского осмотра не оставлял ни малейших сомнений в
  целомудрии покойной. Она, указывалось в нем, подверглась грубому
  насилию. Состояние трупа в момент его обнаружения позволяло
  легко опознать его.
  
  Одежда была сильно изорвана и приведена в полнейший беспорядок.
  Из верхней юбки от подола к талии была вырвана полоса дюймов в
  двенадцать шириной, но не оторвана совсем,