ибудь следы
  убийц". Полагаю, ваша улыбка вызвана столь неожиданной причинной
  связью. Вам непонятно, каким образом одна лишь длительность
  пребывания трупа на берегу могла способствовать умножению
  следов, оставленных убийцами. Непонятно это и мне.
  
  "И далее, весьма маловероятно, - продолжает наша газета, - чтобы
  злодеи, совершившие убийство вроде предполагающегося здесь,
  бросили тело в воду, не привязав к нему предварительно
  какого-нибудь груза, когда принять подобную предосторожность не
  составило бы никакого труда". Заметьте, какая смехотворная
  путаница мыслей! Никто - ни даже "Этуаль", - не оспаривает, что
  женщина, чей труп был извлечен из Сены, была убита. Признаки
  насильственной смерти слишком уж очевидны. Наш автор ставит себе
  всего лишь одну цель: убедить читателей, что эта убитая - не
  Мари. Он стремится доказать не то, что не была убита женщина,
  чей труп найден, а что не была убита Мари. Однако этот его довод
  может служить только доказательством первого. Перед нами труп, к
  которому не привязано никакого груза. Убийцы, бросая его в воду,
  обязательно привязали бы к нему груз. Отсюда следует, что убийцы
  его в воду не бросали. Больше ничего подобный аргумент не
  доказывает - если он вообще что-либо доказывает. Вопрос о
  личности убитой даже не затрагивается, а "Этуаль" пускается тут
  в сложные рассуждения всего лишь для того, чтобы опровергнуть
  собственное признание, которое было сделано несколькими
  строчками выше. "Мы твердо убеждены, - говорится в них, - что
  найденное