поднято темноту, а "начинало
  смеркаться" подразумевает дневной свет. Следовательно, шайка
  покинула окрестности заставы Дюруль до того, как мадам Дюлюк
  услышала (?) крики. Но, хотя во всех сообщениях о показаниях
  мадам Дюлюк эти обозначения времени неизменно приводятся именно
  в тех словах, которые я повторил сейчас в беседе с вами, пока
  еще ни газеты, ни полицейские агенты не обратили внимания на
  грубое противоречие, которое в них содержится.
  
  Я приведу еще только один довод против предположения, что в деле
  замешана шайка, но этот один довод, на мой взгляд, неопровержим.
  Раз за поимку преступников предложена большая награда и обещано
  полное прощение тому, кто их выдаст, среди членов такой шайки уж
  непременно нашелся бы предатель. Каждый член шайки, оказавшись в
  подобном положении, не столько думает о награде или о
  возможности избежать кары, сколько опасается предательства со
  стороны своих сообщников. Он торопится донести на них первым,
  чтобы другой не успел донести на него. И то, что тайна остается
  нераскрытой, вернее всего свидетельствует о том, что это -
  действительно тайна. Подробности этого гнусного преступления
  известны только одному человеку - или, в крайнем случае, двум
  людям - и богу.
  
  Теперь подведем итоги скудных, но, во всяком случае, верных
  выводов из нашего долгого анализа. Он показал нам, что либо в
  трактире мадам Дюлюк произошел несчастный случай, либо в чаще у
  заставы Дюруль было совершено убийство, причем совершил его
  любовник покойной девушки или, во