ми частями одежды. Голова незнакомца была обнаженной и
  совершенно лысой, если не считать весьма длинной queue <Здесь: косицы
  (франц.).>, свисавшей с затылка. Зеленые очки с дополнительными боковыми
  стеклами защищали его глаза от воздействия света, а вместе с тем
  препятствовали нашему герою установить их цвет или их форму. На этом
  субъекте не было и следа рубашки; однако на шее с большой тщательностью
  был повязан белый замызганный галстук, а его концы, свисающие строго
  вниз, придавали незнакомцу (смею сказать неумышленно) вид духовной
  особы. Да и многие другие особенности его наружности и манер вполне
  могли бы подкрепить идею подобного рода. За левым ухом он носил некий
  инструмент, как делают это нынешние клерки, похожий на античный стилос.
  В нагрудном кармане сюртука виднелся маленький черный томик, скрепленный
  стальными застежками. Эта книга, случайно или нет, была повернута таким
  образом, что открывались слова "Rituel Cam0lique" <Католический требник
  (франц.).>, обозначенные белыми буквами на ее корешке. Печать загадочной
  угрюмости лежала на мертвенно-бледной физиономии незнакомца. Глубокие
  размышления провели на высоком лбу свои борозды. Углы рта были опущены
  вниз с выражением самой покорной смиренности. Сложив руки, он подошел с
  тяжким вздохом к нашему герою, и весь его вид предельной святости не мог
  не располагать в его пользу. Последняя тень гнева исчезла с лица
  метафизика, когда, завершив удовлетворивший