аданием) неизменно представлять учиняемые им проделки
  совершающимися отчасти вопреки, отчасти же благодаря его похвальным
  усилиям предотвратить их ради того, дабы Alma Mater <Мать-кормилица
  (название студентами университета) (лат.).> сохраняла в
  неприкосновенности свое благоприличие и достоинство. Острое, глубокое и
  крайнее огорчение при всякой неудаче столь достохвальных тщании
  пронизывало каждую черточку его облика, не оставляя в сердцах даже самых
  недоверчивых из его однокашников никакого места для сомнений в
  искренности. Не менее того заслуживала внимания ловкость, с какою он
  умудрялся перемещать внимание с творца на творение - со своей персоны на
  те нелепые затеи, которые он измышлял. Я ни разу более не видывал, чтобы
  заправский мистификатор избежал естественного следствия своих маневров -
  всеобщего несерьезного отношения к собственной персоне. Постоянно
  пребывая в атмосфере причуд, друг мой казался человеком самых строгих
  правил; и даже домашние его ни на мгновение не думали о бароне Ритцнере
  фон Юнге иначе, как о человеке чопорном и надменном.
   Во время его г-нских дней воистину казалось, что над университетом,
  точно инкуб, распростерся демон d0ice far niente <Сладостного безделья
  (ит.).>. Во всяком случае, тогда ничего не делали - только ели, пили да
  веселились. Квартиры многих студентов превратились в прямые кабаки, и не
  было среди них кабака более знаменитого или чаще посещаемого,