ен апломб "Le S0leil", и как
  опрометчиво она берется судить о деле, в котором ничего не смыслит; а,
  во-вторых, и это - главное, подвести вас как можно естественней к
  продолжению наших выкладок относительно участия в убийстве банды.
   Начнем с того, что результаты медицинского обследования трупа
  поистине ужасны. Однако же заключение врача, что преступников было
  несколько, фактам не соответствует и совершенно беспочвенно; когда оно
  появилось в печати, все знающие парижские патологоанатомы подняли его -
  и поделом - на смех. Не потому, что подобная возможность исключалась в
  принципе, но факты этого заключения не подтверждали; не справедливее ли
  в таком случае сделать на их основании противоположный вывод?
   Теперь - относительно "следов борьбы"; позвольте вас спросить: о чем,
  по общему мнению, должны были они говорить? О банде. А не вернее будет
  сказать - о том, что банды не было? Какое же сопротивление, не говоря уж
  о столь яростном и упорном, что "следы борьбы" видны во всех
  направлениях, могла бы оказывать банде громил слабенькая, беспомощная
  девица? Несколько здоровенных ручищ сдавили бы ее так, что не пикнешь, -
  и все. Жертва, ни жива и ни мертва, - в их полной власти. Как вы сами
  понимаете, возражения эти сводятся прежде всего к тому, что если
  нападение произошло в кустарнике, то преступников не могло быть
  несколько. А стоит нам представить себе, что нападал один, тогда, но
  только в таком случае,