равно
  что покойник; и, верьте слову, от таких мыслей в сердце, которое еще не
  перестало биться, проникает такой нечеловеческий, такой невыносимый
  ужас, перед которым должно отступить самое смелое воображение. Мы не
  слышали, чтобы на земле были подобные муки, ничего хоть наполовину столь
  же ужасного не может привидеться нам и в снах об адской пучине. Вот
  почему все рассказы о преждевременных похоронах полны для нас глубокого
  интереса, который, однако, из-за благоговейного ужаса перед самой темой,
  поставлен в прямую зависимость от нашего убеждения в их фактической
  достоверности. Теперь мне остается поделиться тем, что я узнал сам,
  пережитым лично мной.
   Несколько лет подряд у меня были приступы необычной болезни, которую
  врачи, за неимением более точного наименования, называют каталепсией.
  Хотя ее возбудители, причины предрасположенности к ней все еще не
  выяснены, и даже диагноз в отдельных случаях затруднителен, внешние
  признаки и приметы изучены вполне. Формы, которые она принимает,
  отличаются одна от другой, если не ошибаюсь, главным образом большей или
  меньшей интенсивностью. Случается, что больной пролежит в резко
  выраженном летаргическом состоянии всего день или меньше. Он в полном
  забытьи и совершенно недвижим; но сердцебиение, хоть и невнятно,
  все-таки прослушивается, тепло сохраняется, слабый румянец еще
  проступает на щеках, и, если поднести к губам зеркало, удастся заметить
  признаки