ало общему характеру его
  поведения, доброжелательству и рыцарской любезности, от которых он ни
  разу не отступал за все время своего пребывания в Рэттлборо. В данную
  минуту этот достойный человек был до такой степени увлечен порывом
  чрезмерно горячего сострадания, что, изъявляя намерение взять на поруки
  своего юного друга, видимо, совсем забыл, что у него самого (мистера
  Душкинса) нет и гроша за душой.
   Дальнейшее развитие событий предугадать нетрудно. Когда мистер
  Шелопайн, под громкие проклятия всего Рэттлборо, предстал перед судом во
  время ближайшей сессии, цепь косвенных улик (ставшая еще нерасторжимое в
  силу некоторых дополнительных порочащих фактов, утаить каковые от
  блюстителей правосудия мистеру Душкинсу помешала его необычайно чуткая
  совесть) была признана до такой степени исчерпывающей и столь
  убедительной, что присяжные, не покидая своих мест, немедленно вынесли
  вердикт: "Виновен в убийстве при отягчающих вину обстоятельствах".
  Вскоре вслед за тем несчастный выслушал смертный приговор и был
  препровожден в окружную тюрьму, где ему предстояло ожидать неумолимого
  возмездия.
   А тем временем "старина Чарли Душкине" за благородное свое поведение
  сделался особенно дорог честным Гражданам Рэттлборо. Он стал в десять
  раз популярнее, чем раньше. И, вполне естественно, в ответ на
  гостеприимство, которое ему оказывали, он волей-неволей, должен был
  отказаться от строжайшей бережливости,