вляющие в совокупности его
  частную жизнь и славу.
  
  ***
  
   Предположим, любезный читатель, что сейчас - лето от сотворения мира
  три тысячи восемьсот тридцатое, и вообразим на несколько минут, что мы
  находимся невдалеке от самого уродливого обиталища людского,
  замечательного города Антиохии. Правда, в Сирии и в других странах
  стояли еще шестнадцать городов, так наименованных, помимо того, который
  я имею в виду. Но перед нами - тот, что был известен под именем Антиохии
  Эпидафны ввиду своей близости к маленькой деревне Дафне, где стоял храм,
  посвященный этому божеству. Город был построен (хотя мнения на этот счет
  расходятся) Селевком Никанором, первым царем страны после Александра
  Македонского, в память своего отца Антиоха, и сразу же стал столицей
  сирийских монархов. В пору процветания Римской империи в нем обычно жил
  префект восточных провинций; и многие императоры из Вечного Города (в
  особенности Вер и Валент) проводили здесь большую часть своей жизни. Но
  я вижу, что мы уже в городе. Давайте взойдем на этот парапет и окинем
  взглядом Эпидафну и ее окрестности.
   "Что это за бурная и широкая река, которая, образуя многочисленные
  водопады, прокладывает путь сквозь унылые горы, а затем - меж унылыми
  домами?" Это Оронт; другой воды не видно, если не считать Средиземного
  моря, простирающегося широким зеркалом около двенадцати миль южнее. Все
  видели Средиземное море; но, уверяю вас, лишь немногие могли взглянуть
  на Антиохию.