жал и схватил садовника за плечо:
   - Что случилось, Фу?
   Когда он увидел меня, его глаза так округлились, что стали похожими на
  две лупы, и голова откинулась назад, словно уберегаясь от моего безумия. Но
  я настаивал:
   - Скажи мне правду! Внезапно в его глазах вспыхнула ненависть, и он
  ударил меня, сначала в ухо, затем по шее - он целил в нос, но я наклонил
  голову. Потом он попытался убежать, но я поймал его за куртку, которая тут
  же порвалась. Когда он обернулся, чтобы высвободиться, я повалил его с ног и
  начал бить ногами. Вдруг я почувствовал, что моя правая нога оказалась
  словно в капкане. Острая боль пронзила все тело, и я упал. Некоторое время в
  голове стоял довольно странный шум. Потом я уже ничего не чувствовал. Старик
  послал меня в нокаут.
   Я смутно сознавал, - было ли это сознание или мое астральное тело гналось
  за садовником? - что он бежит по каменистой дорожке. Моя голова была
  прислонена к надгробию, и мне достаточно было слегка скосить глаза, чтобы
  прочесть вырезанную на нем надпись: "Семья Дув". Я осторожно положил руку на
  камень, ощущая физическую потребность погладить его и согреть своим живым
  теплом. Потом я открыл глаза - разве я уже не открыл их? Повсюду: вокруг и
  внутри меня - царил ужас. Подняться на ноги было так трудно, словно пришлось
  собирать себя по частям. Но как ни странно, оказалось, что ноги меня еще
  держат. Я побрел к кладбищенским воротам.
   - Беги, - повторял я,