справилась, и утром я опять был хорошим солдатом,
  готовым к исполнению своего долга. Я видел вещи достаточно ясно. Тлетворная
  обитель сумрака, дыма и серного пламени медленно отодвигалась от меня, и с
  каждым днем ее пары понемногу рассеивались. Наконец Ким позвонила мне:
   - Не поужинать ли нам сегодня вместе?
   Это был пароль, закодированное сообщение, которое означало, что моя мука
  подошла к концу. Возможно.
   - Послушай, - сказала она, - об этом мы больше не говорим, идет?
   Она накрыла примирительный ужин со свечами. Кушанья были самыми
  изысканными: цыпленок с грибами, суфле, бутылка моего любимого вина. Но все
  же это немного напоминало ужин на сцене, где актеры делают вид, будто
  наслаждаются картонным цыпленком. Впервые паузы в нашем разговоре казались
  напряженными и мучительными. Они вырастали между нами и не давали нам
  приблизиться друг к другу. Тогда мы стали строить планы. Мы снимем дом за
  городом. Или купим, если новая работа окажется доходной. А что будем делать
  в Рождество? Отпуск на Канарских островах! Когда мы встали из-за стола, она
  сказала:
   - Ты знаешь, я действительно решила родить ребенка. Но я хочу, чтобы ты
  тоже этого захотел. Только закажи, кого ты хочешь.
   С этими словами она протянула мне руки. В колеблющемся свете свечей
  очертания ее тела сладостно округлились. У меня на глазах появились слезы. Я
  обнял ее.
   - Моя любимая, моя единственная...
   - Не надо больше