- бах! - еще
  крест!
   Мы находились в кабинете великого человека. Кхункель оказался низеньким,
  удивительно подвижным человечком с круглым лицом, напоминавшим портрет
  Пикассо - фас, профиль и вид сзади одновременно. Он развернул лист бумаги и
  принялся его изучать, быстро вертя головой во все стороны, как птица.
   - Нормальная запись, - заключил он.
   А как насчет крестов? Кресты оказались просто стандартными метками. У
  моей жены был довольно хороший мозг. Кхункель казался разочарованным.
   - Но какие у нее симптомы?
   Я рассказал. Потение, головная боль - как будто в голове ползают мелкие
  насекомые, бессонница, иногда очень сильная бледность. Кхункель улыбнулся:
   - Возможно, у вашей жены слишком много работы или нарушен обмен веществ.
  Ей давали кальций? Тогда сходите к Дронеру.
   Он набросал записку коллеге, другому гению, который был специалистом по
  щитовидной железе. "Как же можно болеть, - подумал я, - когда есть столько
  гениев, которые хотят тебя исцелить?" Потом Кхункель выписал огромный
  рецепт. Снотворное, тонизирующее, успокаивающее и т.д. Все вместе обошлось
  мне в 500 франков.
   - Ты обратил внимание? - Заметила Ким, когда мы выходили. - Он пишет
  такими же зигзагами, как его машина.
   Она была права. Я взглянул на сейсмографические линии, и мы рассмеялись.
  Потом я разорвал рецепт и выбросил обрывки в урну.
   Когда мы пришли домой, я сказал, что у меня сегодня встреча в центре
  города.