ь на
  кухню. Остальное было чистым кошмаром.
   Расширившиеся глаза Терезы, когда я втолкнул ее в раскрытую дверь,
  охваченную пламенем. Отчаянная попытка вырваться - я помешал ей. Тереза была
  сильной. Я почувствовал, как ее ногти впились в мое ухо. Кровь потекла у
  меня по шее. И тут я понял, чего добивалась Тереза. Она хотела увлечь меня в
  огонь. Мысль о том, что Тереза способна убить меня, оказалась почти
  умиротворяющей, мне требовалось не много, чтобы со всей страстью покориться
  ее воле. Но потом я увидел, как возвращается садовник, разворачивая свой
  бесполезный шланг. Фу не видел нас и не слышал, когда Тереза позвала его. Но
  он пошел в нашу сторону, передвигаясь словно краб и направляя струю воды в
  основание пламени.
   У меня возникла странная мысль: он не должен застать нас в этой
  фантастической позе.
   - Любимая, - крикнул я. - Любимая, остановись, отпусти меня.
   Чтобы освободиться, я привлек ее к себе, а потом с силой толкнул в огонь.
  Тереза упала, и пламя моментально вспыхнуло вокруг ее лица. Я повернулся и
  побежал прочь.
   - Есть два возможных подхода. Два пути, приводящие к одному результату.
   Она изобразила их на листе бумаги:
   - Есть магический подход и есть психоаналитический. Две интерпретации
  одного феномена. Что и следовало ожидать, потому что любовь, - она обвела
  свой рисунок кружком, - имеет отношение и к колдовству и к психоанализу.
   Она приехала специально из Парижа по