е моего адвоката. Это была
  женщина лет сорока с не очень привлекательным, почти мужеподобным, но умным
  лицом, иногда озаряющимся чудесной живой улыбкой. Она оказалась полной
  противоположностью больничного психиатра, который задал мне множество
  вопросов, в основном о детстве, половой жизни и военной службе во время
  Алжирской войны. Мой адвокат запросил мнение второго эксперта, и она доктор
  Мадлен Саваж - не задавала вопросов, только слушала.
   Она три дня слушала мою историю - этого было бы достаточно, чтобы усыпить
  любого. Иногда она делала короткие замечания или просила пояснить некоторые
  моменты. Кажется, она верила тому, что я говорил. Это было для меня
  неожиданно: впервые моему рассказу кто-то верил.
   На четвертый день она пришла в мою камеру, как обычно, в 3 часа. Меня
  поместили в новое крыло старой тюрьмы, и камера была относительно
  комфортабельной, по крайней мере чистой. Доктор Саваж положила на стол свою
  папку, достала блокнот, пачку "Лаки Страйк" и принялась ходить взад-вперед
  между дверью и окном.
   - Магический подход, - продолжала она, - предполагает восковое
  изображение и заклинания, которые произносит ослепленная страстью или
  ревностью женщина, чтобы избавиться от соперницы. Мы можем верить или не
  верить в эффективности такой практики, но мы не можем отрицать ее
  существования. Колдовство представляет собой средство устранить препятствие
  между