бедень. Весь эффект был в неустойчивом равновесии. (У
  Терезы была мания располагать безделушки, рамы для картин, подсвечники,
  вообще все предметы немного наискось, иногда на самом краю стола или
  каминной полки. Удивительно, как они не падали. Позже мне пришлось вспомнить
  об этом).
   Ввиду отсутствия у меня энтузиазма, Тереза повела меня на экскурсию в
  парк раньше, чем намечалось. Это оказалось действительно забавным. Она
  рассказывала все, что можно было рассказать о дорожках, кустах и лужайках, и
  о том, какие звезды видны ночью между теми или иными ветками. Она проводила
  сравнение между домом и садом. Дорожки были коридорами, гостиная - солнечной
  лужайкой, чердак - зарослями кустов, и окна - просветами неба между ветвей.
  Все перемешалось.
   - Бывают такие дома, - сказала она - которые посещаются призраками. Но
  это заколдованный дом. Его посещают добрые духи, а не злые. Вы согласны?
   Она настойчиво пыталась узнать мое мнение. Я был не способен согласиться
  со столь сильным утверждением. Тереза показала мне маленький зеленый домик в
  дальнем конце парка. Там работал старый садовник. Его лицо с перебитым носом
  боксера делало его старше. Когда он появился у своего жилища с тремя
  горшочками азалий в руках, Тереза представила его:
   - Это Фу.
   Садовник бросил рассеянный взгляд в мою сторону и, не проронив ни слова,
  ушел.
   - Он помешан на цветах, - едва слышно прошептала она, словно посвящая
  меня