- Не так-то просто будет застать ее за этим занятием, - заметил я. - Даже
  с помощью Марка.
   - Может, она участвует в черной мессе или в чем-то подобном. Я вижу, как
  она лежит обнаженная на алтаре, а ее дядя в черном клобуке совершает обряд,
  перемещая священные дары по ее лону.
   - Андре, твоя фантазия...
   - И тот сумасшедший садовник, который от зари до зари бродит с охапками
  цветов. Боже мой, ты просто обязан написать об этом!
   Его ладонь вновь легла на мои пятнадцать страниц.
   - "В сиянии звезд купол оранжереи начинает вздыматься, словно
  человеческая грудь". Нет! Я не откажусь от этого ни за что на свете!
   - Я такого не писал!
   - Но я же прочел! Ты гораздо талантливее, чем думаешь. У тебя чудесный
  дар вызывать ощущение чего-то неуловимого. Возьми Марка за руку и постарайся
  объяснить ему все это. Скрытое лицо! Вот что он должен заснять. Скрытое лицо
  этой девушки. Старый чердак, призрачная лестница, коридоры, кишащие
  вампирами... Я хочу, чтобы все это было между строк. Мне нужен астральный
  элемент, понимаешь?
   Я понимал. И прежде всего понимал, что снова увижу Терезу. "Завтра в это
  время я буду с тобой, с тобой, с тобой..." - эта мысль долго крутилась у
  меня в голове. Можно продумать дело до мелочей, оценить различные
  возможности, потом вдруг - стоп! - и нет ничего, кроме абсолютной Пустоты.
  "Так, может, это и есть любовь", - продолжал я свою околесицу, покидая
  издательскую