ос Терезы становился выше, словно григорианский хорал, восходящий к
  сводам собора. И ей удалось представить все таким образом, будто я - главный
  виновник. С ее точки зрения, собака умерла, потому что я уехал.
   Искра ненависти внезапно зажглась во мне ( искра ненависти всегда
  полезна, когда собираешься кого-то бросить) Я раздул эту искру.
   - Почему ты не говоришь, что в этом виноват я?
   - Эти два события связаны.
   - И кто умрет завтра, когда я уеду?
   - Я, - сказала она тихо.
   Слезы покатились по ее щекам. Совершенно неожиданно - я не заметил, как
  они появились. Остановив велосипед посреди дороги, я обнял Терезу, чувствуя,
  как ее хрупкая фигурка погружается в мое тело. "О черт! - думал я. - Если бы
  всего этого не было! Моя любимая, моя милая маленькая Тереза".
   Яростно сигналя, подъехала машина. Картина, конечно, была глупейшая. Я
  подхватил одной рукой велосипед, а другой обмякшее, содрогающееся от рыданий
  тело девушки и потащил обоих к краю дороги. Проезжая мимо, водитель дал пару
  коротких отрывистых гудков, как бы говоря:
   - "Что, любовная ссора?" Нет, мы не ссоримся, мысленно ответил я ему, мы
  просто умираем.
   - О Серж, я так долго ждала тебя. Я любила тебя даже прежде, чем ты
  появился. А теперь что мне делать? Я не смогу без тебя видеть, дышать. Я не
  смогу без тебя засыпать и просыпаться. Я ничего не смогу делать. Извини, -
  добавила она, всхлипывая, - все прошло. Извини. Я больше не буду, обещаю.