ет ее, считая, что
  она не видит этого, но при этом у него на лице было такое выражение,
  которому трудно было подобрать определение. Она знала, что он был одинок,
  хотя он никогда не говорил о ком-нибудь из своих друзей и никогда не
  обсуждал с ней свою личную жизнь. Она не могла забыть того, что рассказал
  ей Отто, и она думала о том, знает ли сам Кен, чего он хочет от жизни. Ей
  хотелось чем-то помочь ему, но как это сделать, она не знала.
  
  
   Дженифер казалось, что пятница никогда не наступит... По мере того,
  как приближался день встречи с Адамом Уорнером, ей все труднее и труднее
  было сконцентрироваться на работе. Она ловила себя на том, что все время
  думает о нем. Она понимала, что это смешно, но не могла избавиться от
  этого. Она пыталась объяснить это чувством благодарности за то, что он
  спас ее, когда ей грозила дисквалификация, а потом посылал ей клиентов.
  Да, это было так, но Дженифер знала, что здесь есть еще кое-что... Что-то,
  чего она не могла объяснить сама. Это было чувство, неведомое ей раньше,
  влечение, которое она не испытывала ни к одному мужчине. Ей хотелось
  знать, что представляет собой жена Адама... Несомненно, она из тех
  избранных женщин, которые каждую среду проходят через красные двери в клуб
  Элизабет Арден, где занимаются специальной гимнастикой. Она должна быть
  стройной