Роберт ди Сильва повернулся к Дженифер Паркер.
   - Я хочу, чтобы она была арестована за то, что помешала правосудию,
  за запугивание свидетеля в столь важном деле, за тайный сговор, за... - он
  задыхался от ярости.
   Сдерживая гнев, она сумела ответить:
   - Вы не сможете доказать ни одно из ваших обвинений, потому что все
  это ложь! Если меня и можно в чем-то обвинить, то только в собственной
  глупости, и в этом моя вина. Меня никто не подкупал. Я думала, что передаю
  конверт от вас.
   Судья посмотрел на Дженифер и сказал:
   - Каковы бы не были мотивы, последствия оказались весьма плохими. Я
  собираюсь поручить апелляционной комиссии провести расследование, и в
  лучшем случае вы будете просто лишены звания адвоката.
   Дженифер почувствовала внезапную слабость.
   - Ваша честь, я...
   - Это все, мисс Паркер.
   Дженифер постояла некоторое время, глядя на их враждебные лица.
  Сказать ей больше было нечего. Желтая канарейка на столе говорила сама за
  себя.
  
  
  
   3
  
   Имя Дженифер Паркер было во всех вечерних газетах, вернее, она была
  новостью номер один. История о том, как она передала мертвую канарейку
  главному свидетелю окружного прокурора, была сногсшибательной. По всем
  телевизионным каналам показывали фотографии Дженифер, покидающей кабинет
  судьи