юда из Калифорнии.
   Бобби и его мама пошли по бетонной дорожке. Такси отъехало. Мужчина в
  поплиновой куртке обернулся. Для Бобби все люди распадались на три
  категории: ребята, взрослые и старичье. Старичье - это были взрослые с
  седыми волосами. Новый жилец был из них. Лицо худое, усталое. Не морщинистое
  (только вокруг поблекших голубых глаз), но все в глубоких складках. Седые
  волосы были тоненькими, как у младенца, с большими залысинами надо лбом в
  желто-коричневых пятнах. Он был высокий и сутулился, совсем как Борис
  Карлофф в ужастиках, которые по пятницам в 11.30 вечера показывали по WPIX.
  Под поплиновой курткой был дешевый рабочий костюм, вроде бы великоватый для
  него. А на ногах - стоптанные ботинки из цветной кожи.
   - Привет, соседи, - сказал он и улыбнулся, словно бы с трудом. - Зовусь я
  Теодор Бротиген. Думаю пожить тут.
   Он протянул руку матери Бобби, а она чуть к ней прикоснулась.
   - Я - Элизабет Гарфилд. А это мой сын Роберт. Вы извините нас, мистер
  Бреттиген...
   - Бротиген, мэм, но буду счастлив, если вы и ваш сынок станете называть
  меня Тед.
   - Да-да, но Роберт опаздывает в школу, а я опаздываю на работу. Приятно
  было познакомиться, мистер Бреттиген. Поторопись, Бобби. Tempus fugit .
   Она зашагала вниз по улице к центру, а Бобби направился вверх по улице (и
  заметно медленнее) к Харвичской средней школе на Эшер-авеню. Пройдя по этому
  пути три-четыре шага, он остановился и посмотрел назад. Он чувствовал, что
  его