же был первый ее
  настоящий поцелуй с мальчиком, а она толком ничего не разобрала. Но просто
  знать еще не значит знать будущее.
   - Нет, это просто чтение мыслей, - прошептал он, и его начала бить дрожь,
  будто солнечные ожоги обратились в лед.
   "Поберегись, Бобби-бой! Не побережешься, так свихнешься, вот как Тед с
  его низкими людьми".
   Вдали над городской площадью куранты начали вызванивать десять часов.
  Бобби повернул голову и взглянул на будильник на письменном столе. "Биг-Бен"
  объявил, что пока еще девять часов пятьдесят две минуты.
   "Ну ладно, значит, городские часы чуть спешат или мои чуть отстают.
  Делов-то, Макнил. Давай спи".
   Он не думал, что сумеет уснуть, - во всяком случае, вот так сразу, но
  позади был тот еще день: ссора с матерью, деньги выигранные у пляжного
  мошенника, поцелуи на самом верху Колеса Обозрения.., и он начал
  проваливаться в приятный сон. "Может, она моя девочка, - подумал Бобби. -
  Может, она все-таки моя девочка".
   Под последний преждевременный замирающий вдали удар городских курантов
  Бобби уснул.
  
  5. БОББИ ЧИТАЕТ ГАЗКТУ. КАШТАНОВЫЙ С БЕЛЫМ НАГРУДНИЧКОМ. ВЕЛИКАЯ ПЕРЕМЕНА ДЛЯ ЛИЗ. ЛАГЕРЬ БРОУД-СТРИТ. ТРЕВОЖНАЯ НЕДЕЛЯ. ОТЪЕЗД В ПРОВИДЕНС.
  
   В понедельник, когда мама ушла на работу, Бобби поднялся наверх к Теду
  почитать ему газету (хотя с его глазами ничего такого не было и он мог бы
  читать и сам, Тед говорил, что ему нравится слушать голос Бобби, а если тебе
  читают, когда ты бреешься, это