н говорил по-английски,
  то иногда какую-то бессмыслицу. По большей части Бобби считал Теда чуть ли
  не самым разумным, понимающим, совсем своим из всех, кого он знал. Но когда
  он проваливался, было жутко. Ну, хотя бы его мама не знала. Вряд ли она,
  думал Бобби, сочла бы таким уж клевым оставить его на попечение человека,
  который иногда отключается и начинает нести чепуху по-английски или
  бормотать на неизвестном языке.
   После одного из таких провалов, когда Тед почти полторы минуты неподвижно
  смотрел в никуда и никак не отзывался на все более и более испуганные
  вопросы Бобби, тому пришло в голову, что, может, Тед сейчас не у себя в
  голове, а в каком-то другом мире - что он покинул Землю, вот как герои
  "Кольца вокруг Солнца", когда они открыли, что могут по спирали на детском
  волчке отправляться, куда только захотят.
   Тед, когда провалился, зажимал в пальцах "честерфилдку". Колбаска пепла
  все удлинялась, а потом упала на стол. Когда тлеющий кончик почти добрался
  до узловатых суставов Теда, Бобби осторожно выдернул сигарету и уже держал
  ее над переполненной пепельницей, как вдруг Тед очнулся.
   - Куришь? - спросил он, нахмурясь. - Черт, Бобби, тебе еще рановато
  курить.
   - Да я просто хотел погасить за вас. Я подумал... - Бобби пожал плечами,
  внезапно застеснявшись.
   Тед посмотрел на указательный и средний пальцы своей правой руки,
  помеченные несмываемым желтым никотиновым пятном, и засмеялся - коротким,
  лающим,