м,
  лающим, совсем невеселым смехом.
   - Подумал, что я обожгусь, а? Бобби кивнул.
   - О чем вы думаете, когда вот так отключаетесь? Куда вы исчезаете?
   - Трудно объяснить, - ответил Тед, а потом попросил Бобби почитать ему
  его гороскоп.
   Мысли о провалах Теда очень мешали жить. А умалчивать про то, за что Тед
  платил ему, мешало еще больше. В результате Бобби - обычно подававший очень
  хорошо - четыре раза промазал, когда Волки играли в Стерлинг-Хаусе. И четыре
  раза проиграл в "морской бой" Саллу у него в пятницу, когда шел дождь.
   - Чего это с тобой? - спросил Салл. - Ты в третий раз называешь квадраты,
  которые уже называл. И я просто орал тебе в ухо, прежде чем ты отвечал. Что
  случилось?
   - Ничего, - сказал он. "Все" - вот что он чувствовал. Кэрол тоже раза два
  спрашивала Бобби на этой неделе, не заболел ли он, а миссис Гербер спросила,
  "хорошо ли он ест", а Ивонна Лавинг поинтересовалась, все ли у него дома, и
  хихикала, пока чуть не лопнула.
   И только его мама не замечала странностей в поведении Бобби. Лиз Гарфилд
  была поглощена предстоящей поездкой в Провиденс. По вечерам разговаривала по
  телефону с мистером Бидерменом или с одним из двух других, кто туда ехал
  (один был Билл Кушман, а как звали второго, Бобби позабыл); раскладывала
  одежду на кровати так, что покрывала совсем видно не было, потом мотала
  головой и сердито убирала все в шкаф; договаривалась по телефону, когда
  сделать прическу, а затем снова звонила туда и спрашивала, нельзя ли