бразом ощущался, будто что-то живое - как злое подобие
  страуса, на котором иногда ездил доктор Дулитл в серии фонокнижек о
  животных, какими все они увлекались во втором классе. Утаил Бобби только то,
  где он спрятал свои мысли, когда такси проезжало мимо "Гриля Уильяма Пенна",
  и у него глаза начали чесаться сзади.
   Он поборолся с собой, а потом выпалил худшее, точно коду: он боится, что
  поездка его мамы в Провидено с мистером Бидерменом и теми двумя была
  ошибкой. Скверной ошибкой.
   - Ты думаешь, мистер Бидермен за ней ухаживает? - спросила Кэрол. Они
  пошли назад к скамье, где она оставила скакалку. Бобби подобрал ее и отдал
  Кэрол. Они пошли к выходу из парка в сторону Броуд-стрит.
   - Ну-у.., может быть, - угрюмо сказал Бобби. - Или во всяком случае... -
  Тут была часть того, чего он боялся, хотя для этого не было ни названия, ни
  образа - будто что-то зловещее, укрытое брезентом. - Во всяком случае, она
  думает, что так и есть.
   - Он попросит ее выйти за него замуж? Тогда он станет твоим отчимом.
   - Черт! - Бобби ни разу не подумал о мистере Бидермене как об отчиме и
  отчаянно пожалел, что Кэрол заговорила об этом. От одной только мысли его
  взяла жуть.
   - Если она его любит, тебе лучше попривыкнуть к этому. - Кэрол говорила,
  будто взрослая, опытная женщина, и Бобби стало еще хуже. Наверное, она в это
  лето слишком часто смотрела сериалы "Ах, Джон, ах, Марша!" со своей мамой.
  И, как ни странно, в чем-то ему было бы все равно, если бы его