али сливаться с
  сумраком вокруг. Наконец он оторвал трубку от головы, хотел опустить и
  замер: на трубке, там, откуда доносился голос, появились алые пятнышки.
  Словно голос твари на другом конце провода заставил трубку кровоточить.
   Тихонько и часто всхлипывая, Бобби наконец положил трубку на рычаг и
  пошел к себе в комнату. "Не вмешивайся, - сказал ему человек по номеру семьи
  Сагамор. - Тед - наш пес". Но Тед же не пес. Он человек и друг Бобби.
   "Она могла сказать им, где он будет сегодня вечером, - подумал Бобби. -
  По-моему, Кэрол знала. А если она знала и если сказала маме..."
   Бобби схватил банку с "Велофондом". Он выгреб из нее все деньги и пошел к
  входной двери. Он взвесил, не оставить ли записку матери, и решил, что нет.
  Она же могла снова позвонить ХОуситоник 5 - 8337 и сказать нимроду с низким
  голосом, что затеял Бобби-бой. Это была одна причина, чтобы не оставлять
  записки. А другая заключалась в том, что он уедет с Тедом, если успеет его
  вовремя предупредить. Теперь Теду придется взять его с собой. А если низкие
  люди убьют его или похитят? Ну, ведь это почти то же самое, что убежать из
  дома, верно?
   Бобби в последний раз оглядел квартиру, и, пока он слушал храп матери, у
  него вдруг защипало в сердце и в голове. Тед был прав: вопреки всему, он
  продолжал ее любить. Если есть ка, так любовь к ней - часть его ка.
   Тем не менее он надеялся, что никогда больше ее не увидит.
   - Бывай, мам, - прошептал Бобби. Минуту спустя он