цо вокруг
  Солнца", вошла его мать. У нее чуть стерлась помада в уголке рта, и
  комбинация немножко выглядывала из-под юбки. Бобби хотел было сказать ей про
  это, но тут же вспомнил, как она не любит, чтобы ей говорили, что "на юге
  снег идет". Да и зачем? Ее рабочий день кончился, и, как она иногда
  говорила, тут же нет никого, кроме нас, птичек.
   Она проверила холодильник, не стоит ли там вчерашнее тушеное мясо,
  проверила плиту, погашена ли горелка, проверила раковину, отмокают ли там в
  мыльной воде сковородка и тапперуэровский пластиковый контейнер. Потом
  поцеловала его в висок - мазнула губами на ходу - и ушла к себе в спальню
  снять рабочий костюм и колготки. Она казалась рассеянной, занятой своими
  мыслями. И не спросила, хорошо ли он провел свой день рождения.
   Попозже он показал ей открытку Кэрол. Она поглядела, не видя, сказала
  "очень мило" и вернула ему открытку. Потом сказала, чтобы он шел мыться,
  чистить зубы и спать. Бобби послушался, не упомянув про свой интересный
  разговор с Тедом. В таком своем настроении она рассердилась бы. Лучше всего
  было оставить ее в покое, не мешать думать о своем, сколько ей надо, дать ей
  время возвратиться к нему. И все-таки, кончив чистить зубы и забравшись в
  постель, он почувствовал, что на него снова наваливается тоскливое
  настроение. Иногда он изнывал без нее, словно от голода, а она даже и не
  знала.
   Бобби свесился с кровати и закрыл дверь, оборвав звуки какого-то